митр.Московский Макарий(Булгаков)

часть отзыва cвятителя Иннокентия Херсонеского о труде высокопреосвященного митр.Макария
Православно-догматическое богословие:

«Рассматриваемое нами сочинение составляет собою редкое и самое
отрадное явление в нашей богословской литературе, подобно коему она
давно не видала на своем горизонте и, по всей вероятности, не скоро
увидит опять
. Самые иностранные богословские литературы, несмотря
на их давнее развитие и вековые усовершенствования, не представ-
ляют, особенно в современности, творения с такими достоинствами,
как православная догматика преосвященного Макария. Богословие, как
наука, подвинута сим многоученым творением далеко вперед и много
приобрело уже тем, что разоблачено в нем совершенно от схоластики и
латинского языка и таким образом введено в круг русской литературы
и предложено, так сказать, ко всеобщему употреблению для всех люби-
телей богословских познаний. Но самая большая заслуга автора состоит
в том, что в сочинении его в первый раз изображены со всею силой
и убедительностью, ученым и вместе удобопонятным языком, те догма-
ты и положения, коими Православная Церковь Восточная отличается
от всех прочих вероисповеданий христианских. После сего иностранный
богослов никак не может сказать, что в Восточной Церкви привыкли
веровать в свои мнения безотчетно: ибо в новой православной догматике
содержится такой отчет во всем, подобного коему доселе не
представили большая часть церквей неправославных».



«Во первых, относительно плана, преосвященный Макарий умел положить
основу своему сочинению гораздо лучше и прочнее своих предшественников
и вообще других обработывателей догматического богословия.
Приняв за исходную точку самое понятие о христианской религии,
как не просто только первобытной или представляющей естественный
союз человека с Богом, но религии в ее дополненном через Откровение и
исправленном виде, – как союз падшего человека с Богом,
восстановленный сверхъестественно через Таинство Искупления и
благодати, – он разделил свою догматику самым естественным образом
на две части по самому роду догматов, из которых одни принадлежат
ей, как религии вообще, а другие, как религии восстановленной,
сверхъестественной, христианской. В первой (части) излагается общее
учение о Боге, а во второй учение о Боге как Спасителе человеков падших и
об отношениях Его к человеческому роду особенном, сверхъстественном,
какое Бог имеет исключительно к человеку религии
восстановленной, как наш Искупитель, Освятитель, Судия и Мздовоздаятель».

«Во-вторых, в отношении к методу, или способу раскрытия истин
богословских, у преосвященного Макария каждый догмат обозревается
и раскрывается со всех сторон, с каких он только может явиться с пользой в науке.
Рассмотрение всегда открывается обстоятельным изложением о предмете
учения Церкви, как хранительницы Православия, и автор, не ограничиваясь здесь
приведением только главных пунктов этого учения касательно главных догматов,
выставляет оное (первый) с отчетливостью касательно всех прочих, –
даже в отношении к некоторым частным истинам. За изложением учения о Церкви, относительно каж-
дого догмата всегда следует подтверждение его из Священного Писания,
гораздо превосходнее, нежели у прежних догматистов, как относительно
обилия текстов и выбора их, так в особенности относительно
раскрытия и приложения к доказываемому предмету. Вслед за указанием на
существования догматов в Священном Писании, всегда с подробностью приводится,
как сии же самые догматы постоянно существовали в предании Церкви Вселенской, и являются целые ряды свидетелей сего предания – Отцы и Учители Церкви первых шести веков. За этим,
к дальнейшему пояснению догматов, автор призывает на помощь и самую историю их,
которая по важности своей давно составила из себя уже особую науку в иностранных литературах, а у нас оставалась в забвении, и дает в своей догматике место для беспристрастного взора
здравого разума на догматы христианские, удачно избегая при этом
двух недостатков: направления рационалистического и схоластиче-
ского. И, наконец, нравственные выводы из догматов, какими заключается у автора
каждая глава, везде являются в приличной полноте, проникнутые христианским
чувством, и как зрелый и сочный плод заставляют желать изведать их собственным вкусом – на опыте».

«В-третьих, насчет объема содержания, который предначертал
себе преосвященный Макарий, догматика его превосходит все бывшие
до него опыты этого рода в русской литературе. Этого он достиг, кроме
обширности самого метода, во-первых, тем, что дал место в своей догматике некоторым дотоле не включенным в нее предметам, как, например, очерк постепенного раскрытия
догматов в Православной Церкви, история самой догматики и прочее; а во-вторых тем,
что он с необыкновенной обстоятельностью старался раскрывать те догматы, которые
составляют отличительный характер православного учения Восточной
Церкви и отвергаются или извращаются в других христианских вероисповеданиях,
как например учение о вечном происхождении Святого Духа от Бога Отца,
о семи Таинствах Церкви, о почитании и призывании на помощь святых, о молитве за умерших и прочее».

«В-четвертых, и по самому изложению догматическое богословие
преосвященного Макария отличается от всех предшествовавших ему
сочинений в этом роде: оно написано чистым, правильным, современным русским языком, который может понимать каждый сколько-нибудь образованный и смыслящий русский человек; притом это сочинение из-
ложено не столько в форме академического учебника, сколько в виде
общенародного руководства, и потому свободно от всех скучных и тяжелых форм схоластики,
почти неизбежных в кратких школьных учебниках. Автор, при его особенном даре выражаться
о самых возвышенных предметах просто и ясно, умел достигнуть в своем сочинении высшей степени общепонятности. Со всей справедливостью можно сказать, что наука православно-догматического богословия, которая доселе, как наука, была исключительным достоянием школы, выведена автором из тесных стен ее в область действительной жизни и изложена
для общественного употребления».

«Вообще православно-догматическое богословие преосвященного
Макария представляет
а) труд совершеннейший из всех, какие являлись
у нас доселе на том же поприще
, и не только равняющийся по ученой
обработке с лучшими современными иностранными опытами, но и не в
малых отношениях их превосходящий; b) труд самостоятельный и ори-
гинальный: потому что автор ни в системе, ни в методе, ни в способе
изложения истин не следовал никакому из отечественных и иностранных богословов, а шел своим путем, глубоко обдуманным и верно предъизмеренным, черпал сведения из первых источников, из которых
многие им собственно найдены и все им значительно обработаны, и таким образом при неутомимом труде воздвигнуто стройное и громадное целое, которое при всем желании подобных явлений, по всей
вероятности, надолго останется единственным; c) труд, удовлетворяющий всем
современным требованиям науки, по стройной системе и выводу всех
частей и истин из одного начала, по глубокой и обширной учености автора, по господствующему историческому направлению, столь сродному богословию, как науки положительной,
по отличной ясности и вразумительности в способе раскрытия истин, даже по слогу чисто русскому,
постоянно носящему при том на себе печать здравого вкуса; d) труд, составляющий важную заслугу не только для науки православного богословия, которую автор несомненно продвинул весьма далеко
вперед, – не только для духовного нашего образования, в истории которого появление на свет
догматики его послужит некогда одной из замечательнейших эпох, – но вообще для всей Церкви Русской, для всех православных соотечественников, которые получат в этом труде – чего
давно желали – возможно полное, стройное, основательное и общедоступное изложение отличительных догматов своей Церкви, столь драгоценных для их ума и сердца».

Advertisements

Оставьте комментарий

Filed under Uncategorized

Обсуждение закрыто.